• Лечение непроходимости труб Алматы по материалам http://ecomed.kz.

 

Глупый маскарад.
 


 

Автор -  Ася Фро
 

Итак, сейлоров нет, воин и зла тоже нет. Есть только две лучшие подружки, которые на бал-маскарад решают нарядиться не кем-нибудь, а друг другом.

Им казалось, разумеется, что они учли все, но, как оказалось, они неверно выбрали обувь, украшения и… объект розыгрыша.

 

Минако задумчиво проводила взглядом свернувшийся трубочкой желтый лист. Тот совершил невообразимый пируэт и плавно приземлился на воду. Лужа была просто огромной, и когда шаловливый ветер чуть колыхнул воду, листок утонул.
- Черт, - выругался молодой беловолосый человек рядом с ней. – Так я всюду опоздаю!
- Что же ты зонт не взял? – не удержалась Минако от подкола.
- Я смотрю, Айно, ты тоже без зонта! – справедливо возразил тот и отвернулся.
Как назло, именно сегодня Минако взяла с собой зонт, но по дороге из школы зарулила вместе с Усаги к ней домой, чтобы полюбоваться на обалденное платье, в котором Мамору в выходные поведет ее на бал в свой Университет. Там-то чертов зонтик и был благополучно забыт, поэтому Айно потеряла добрых полчаса, ожидая в этой беседке, когда же ливень, наконец, кончится. Да еще и это соседство…
Вроде бы это привилегия Мако общаться под дождем! Она – не Мако! Да и Кун Сайто – не Кенджи…
Черт ее дернул спрятаться здесь от дождя! Нет, она первая оказалась здесь, а он мог бы еще куда-нибудь прогуляться. Под дождем, ему полезно. У, ледышка!
- Все еще льет? – снова услышала она его раздраженный голос.
- Не знаю, - фыркнула Минако, но он тут же перебил ее.
- Я не спрашивал твоего мнения! Будь любезна, помолчи!
- Ах, ты!..
- О, наконец-то! – Кун сбежал по ступеням и быстро зашагал в сторону центра.
Девушка высунула носик из беседки, чтобы убедиться в том, что дождь прошел. Сквозь тучи проглядывало солнце и делало это с таким видом, словно и не пропадало в серой пелене и удивленно таращилось на мокрый асфальт, людей, складывающих зонты, и огромные лужи.
По дороге домой Минако попыталась вспомнить, с чего начались плохие отношения между ней и этим типом. Вроде бы, все было нормально.
С Куном Сайто и остальными парнями их познакомил Мамору. Вернее, все началось еще раньше. Усаги встретила Мамору почти три года назад и полтора из них ругалась и цапалась с парнем почем зря, а потом в один прекрасный день оба заявились в «Корону» жутко довольные собой и друг другом и заявили, что жить друг без друга не могут. А когда на шестнадцатилетие Усаги ее родственники разъехались по делам, праздник отметили в квартире Макото. Кино приготовила шикарный обед, пришла целая толпа народу, а Мамору притащил четырех своих друзей по Университету.
Длинноволосый шатен по имени Нефрит, сунув в рот первую ложку салата, весь вечер не отходил от Мако, всё выспрашивая, какие специи она положила, что он никак оторваться не может? Воистину, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок! За Нефритом прочно закрепилась слава покорителя женских сердец и чрезвычайно непостоянного типа, но после того дня рождения, он просто не отходит от Мако, а ведь прошло больше года! То ли все еще пытается выяснить, что было в том салате, то ли никто из его предыдущих пассий просто не додумывался парня как следует накормить, но результат налицо – Нару строила Нефриту глазки весь вечер, а Мако крепко привязала его к себе, лишь добавив в салат тмин.
Старший из приятелей – высокий беловолосый Кун Сайто – сразу привлекал к себе внимание, но стоило переброситься с ним парой слов, вернее – попытаться поговорить, потому что парень начисто игнорировал девчонок, как охоту даже приближаться к нему отшибало напрочь.
Парень был слишком прямолинеен. Если разговор казался ему скучным, он просто вставал и уходил или же начинал демонстративно зевать, поглядывая на часы и нетерпеливо постукивая ботинком по полу.
Минако поставила перед собой цель разговорить парня, но сдалась уже через пару месяцев. С тех пор между ней и Куном были несколько натянутые отношения – он игнорировал все, что она говорила, а Минако всячески старалась разозлить парня. Самой обидное заключалось в том, что по лицу Куна нельзя было понять – задели ли его слова девушки или он их не заметил, как и все в этом мире, что не заслуживало его внимания.
Но было еще кое-что, о чем Мина не рассказала бы никому, даже под страхом смертной казни.
Этот живой представитель антарктических айсбергов был для нее самым лучшим человеком во вселенной.
Всю жизнь Минако думала, что выражение «от любви до ненависти – один шаг» не имеет ничего общего с реальностью. Первый раз ее уверенность пошатнулась в тот самый день, когда Усаги два часа ей рассказывала, какой Мамору замечательный, умный, красивый, высокий, веселый, сильный… Короче, все, что еще накануне она жирным маркером относила к минусам парня, неожиданно превратилось в такой же жирный плюс. А второй раз…
Кун заканчивал четвертый курс и в ноябре был прислан в их школу, чтобы проводить уроки у младших классов. Едва он появился, по нему тут же стали сохнуть почти все старшеклассницы. За исключением, пожалуй, Усаги, Мако, к которой Нефрит не подпускал парней даже на пушечный выстрел, и Минако, считавшая этого типа слишком надменным и холодным, чтобы обращать на него внимание. Как раз перед этим она оставила надежду найти в нем хоть что-то человеческое.
Перед Рождеством господин Сайто попросил в помощь старшие классы, чтобы нарядить елку к празднику. Мальчики таскали коробки и расставляли стулья, а девочки развешивали украшения.
Одна из любимиц нового преподавателя – Миа, которая в количестве падений в единицу времени могла поспорить даже с Усаги, вертелась у Куна под ногами, всячески выспрашивая, чем она может помочь. Миа вовсе не была неуклюжей или рассеянной, но все, за что она бралась, девочка старалась выполнить как можно скорее, а потому вечно и всюду носилась как угорелая, не желая ни минуты сидеть на месте.
Кун собственноручно вручил малышке красивый стеклянный шар и попросил отнести его тем, кто украшал елку. В большом актовом зале школы стояло множество коробок с гирляндами и игрушками, даже идя спокойно, можно было элементарно запнуться о какой-нибудь провод, а Миа, крепко сжимая в ладошках шар, понеслась через всё помещение к елке и, естественно, не увидела стула, перегородившего ей путь.
Раздался грохот стула по полу, Миа перелетела через преграду и пропахала носом пол. Целехонький шар мирно покоился в ее ладонях.
- Миа, - Кун легко поднял девочку и придал ей вертикальное положение. – О, да ты шар сберегла! Молодец, Миа. Но под ноги надо смотреть!
Миа всхлипнула – на локтях красовались свежие ссадины.
- Ну, не плач, - от его голоса Минако замерла с гирляндой в руках. Такой теплоты и нежности она не слышала никогда.
Кун тем временем намочил платок водой из бутылки и легко провел им по ссадинам.
- Вот так. Пойдем к медсестре. Она помажет их йодом.
- Йод? Не хочу.
- Миа, - Кун присел перед девочкой на корочки, – Ты же смелая, правда? – и, дождавшись неуверенного кивка, продолжил. – Вот видишь? А йод – еще не самое страшное в жизни, уверяю тебя.
- Мина! Минако! – зашипела девушка, которая ждала гирлянду. – Земля вызывает Мину!
Минако быстро всунула ей дождик, потому что боялась, что по его мерцанию девушка заметит, как дрожат ее руки.
С тех пор она смотрела на Куна совсем другими глазами. Она не понимала, как она раньше не видела в нем этой доброты? Почему только сейчас поняла, что он тоже живой человек, человек, а не кусок льда?
Но общее впечатление уже было испорчено, и как показать Куну, что она не взбалмошная девица, которой показалась ему с самого начала, она не имела ни малейшего представления. И каждая новая встреча неизменно заканчивалась взаимными оскорблениями, и вырваться из этого круга Минако не могла.
Вечером ее ждал сюрприз. Оказывается, Нефрит пригласил Мако на эту же вечеринку, и чтобы не обижать остальных, они с Мамору достали билеты всем пятерым. Ами решила воспользоваться шансом и порасспросить студентов о дополнительных занятиях и, вообще, рассмотреть Университет изнутри. Рей поставила себе более земную цель – окрутить какого-нибудь студента. Минако подумала, что может, пожалуй, согласиться с позицией Рей, но тут выяснилось самое интересное.
Вечеринка подразумевала бал-маскарад. Рей, Мако и Ами уже раздумывали над костюмами, но у Усаги были на Минако свои планы. И она отловила Айно в школе.
- У меня волосы выгорели за лето, - прямо, как поезд на рельсах, заявила она. – Теперь они совсем как твои.
- И что? – не поняла Минако.
- Я буду Минако Айно, а ты – Усаги Цукино.
У Мины возникло ощущение, что подруга спятила. О чем она тут же ей и заявила. Но Усаги и не думала обижаться.
- Мы нарядимся в платья, будем принцессами, оденем маски. Но ты заплетешь оданго, как у меня, а я возьму твой красный бант.
- Да зачем тебе все это?!
- Во-первых, - обстоятельно начала Усаги, - у меня все равно нет другого костюма. Во-вторых, я хочу пойти именно в том белом платье, что ты видела. В-третьих, это будет замечательный прикол, как думаешь?
- Мамору тебя убьет!
- Неа! Пусть только попробует. В-четвертых, кстати, проверим, насколько он меня любит. Если сможет отличить, тогда…
- А девочки?
- Они все равно догадаются, - грустно вздохнула Усаги. – Мы уже перед ними наряжались. Помнишь, я сдавала за тебя астрономию, а ты за меня – английский?
И тут Минако начала нравиться эта идея. Да что там – в маленькой головке, украшенной необычными хвостиками, очень часто зарождались такие вот бредовые мысли, и всегда их исполнение заставляло Минако смеяться. Что-что, а развлекаться Усаги любила и умела.
- У меня два условия, - заявила Минако. – Ты не пачкаешь мой бант и сама заплетаешь мне свои оданго. Я с ними в жизни не разберусь.
- Идет! Сегодня, в пять – у меня.
На следующий день все пятеро уже стояли в холе Университета и таращись по сторонам. Мимо них сквозили размалеванные студентки в самых разнообразных костюмах. Рей, похожая на ведьму, резко выделялась на фоне двух принцесс, лесной нимфы – Мако и синеволосой феи – Ами, которую с большим трудом уговорили надеть это полупрозрачное платье.
Поднявшись по широкой лестнице, девушки предъявили пригласительные билеты и прошли в зал. Рей хищно обернулась по сторонам, фиксируя самых, по ее мнению, привлекательных студентов. Ами нервно сжимала сумочку.
- А если Мамору ошибется, - поинтересовалась «Нимфа» у «Минако». – А если он ее поцелует?
- Ему не жить, - кровожадно заявила Усаги. – Да я его…
- Вот так всегда, - проворчала Рей. – Сама спровоцирует парня на ссору, а потом обижается! И что он в тебе нашел?
- Рей!
- Началось, - вздохнула «Усаги». – Девочки, не ссорьтесь! Не буду я с ним целоваться.
- Как это не будешь, - обиделась «Минако». – Да он самый лучший! Тебе что, противно?
- Блин! – взвыла «Ведьма». – Если он ее поцелует, ты решишь, что он тебе изменил. Если она не станет с ним целоваться, значит, окажется крайней, потому что не хочет. Где логика?
«Минако» надулась. Красный бант возмущенно задрожал.
- Уса… м-м-м.. Мина, - нерешительно позвала «Усаги». – А ты, когда ходишь, хвостиками не цепляешься? Я два раза уже чуть без волос не осталась!
- Вот, - торжествующе воскликнула «Мина». – А ты думала, так легко быть Усаги Цукино?!
От возмущения Минако не нашла, что ответить.
- Вон они! – взмахнула рукой «Нимфа». – А Нефриту идет мундир.
Разглядев в толпе девушек, Мамору в костюме принца и Нефрит в странном мундире прошествовали через весь зал. Девочки задержали дыхание. Мамору уверенно протянул руку… Минако. Усаги открыла было рот, чтобы возразить, но тут же снова его закрыла и торжествующе потерла ладони.
Мамору закружил «Усаги» в танце. Минако старательно улыбалась и так же старательно таращилась на верхнюю пуговицу его рубашки.
- Клянусь, я сам догадался, - вдруг произнес Мамору.
- Ты о чем? – прошептала Минако, надеясь, что музыка сделает ее голос неузнаваемым.
- Минако, Минако! – покачал головой «Принц» и засмеялся, когда «Усаги» резко подняла голову и сбилась с шага. – Неужели она думала, что я вас не различу?
- Честно говоря, она так и думала, - Минако счастливо вздохнула.
- Но Нефрит и Кун были уверены, что вы те, за кого себя выдаете. Но меня вам не обмануть.
- А как ты догадался? – Минако чувствовала себя удивительно свободной. Она больше не должна изображать Усаги и не по своей вине.
- Ну, - Мамору хитро прищурился. – Уж извини, но пока ты не призналась, я не был до конца уверен.
Минако ахнула.
- Да не нервничай ты, - снова рассмеялся он. – Я скажу, что догадался сам. Во-первых, ты все-таки выше Усаги. Так это незаметно, но сейчас вы обе на каблуках и одно роста, потому что у тебя каблуки ниже. Во-вторых, я видел, каким взглядом Усаги нас проводила. А в-третьих, я еще от двери видел, кто из вас ругался с Рей. Кроме того, Усаги пожалела отдать тебе браслет, что я ей подарил на день рождения. Ну и хвостики. Ты за время танца уже три раза их поправила, а Усаги обычно не обращает на них внимания. Для тебя такая прическа непривычна, вот и все.
Тут рассмеялась и Минако. Мамору подметил все, что произошло, все их уловки не остались незамеченными. Даже обувь они подбирали несколько часов, чтобы быть одно роста, а он и это углядел.
Музыка кончилась. Мамору подвел «Усаги» к подругам и повел танцевать «Минако». Айно быстро выболтала Рей и Ами о том, что произошло на площадке.
- Он все понял?
- Ага!
Рей расхохоталась, но тут же замолчала. Минако спиной ощутила странный холод и резко повернулась.
- Усаги, - Кун протянул ей руку. – Можно пригласить тебя на танец?
Не совсем соображая, что делает, Минако вложила резко похолодевшую ладошку в его и на негнущихся ногах проследовала за парнем.
- Знаешь, я хотел бы с тобой поговорить, - начал он, но вдруг понял, что она не слушает.
Минако ничего не могла с собой поделать. Впервые в жизни она была к нему так близко, что могла прижаться и услышать стук его сердца. Его руки, оказавшиеся удивительно теплыми, осторожно поддерживали и вели ее, и говорил он почти просительным голосом, а не забрасывал шутками и язвительными остротами. Вслушиваясь в интонацию, Минако совсем не обращала внимания на смысл его слов, пока не разобрала собственное имя.
- Что?
- Я спросил, как давно ты знаешь Минако?
- Что? – снова тупо спросила Минако, чувствуя себя полной дурой. – А! Несколько лет. Года три, кажется.
- Слушай. А куда можно было бы позвать ее на свидание?
Минако окончательно сбилась и замерла с открытым ртом, таращась на парня сквозь прорези в маске. Он решительно отвел ее в сторону и зашептал.
- Понимаешь, она мне нравиться. Я бы хотел позвать ее прогуляться, но я почти ничего не знаю о том, что ей нравится. Я хотел спросить об этом Ами, но она ужасно смущается, а Рей тут же начнет расспрашивать что и как. Я же видел, как от нее этот их работничек шарахается. А мне получить метлой как-то не с руки, не находишь?
Минако засмеялась. Она толком не знала, как ей теперь поступить. Самой простое, быстренько поменяться с Усаги местами и ждать приглашения, пока Кун не узнал, с кем беседует.
- А почему ты не спросил у Мако?
- Да ты что? – притворно удивился Кун. – Ты посмотри, каким взглядом Нефрит провожает официанта, который предложил Мако лимонад? Нет, ты посмотри, посмотри! Я удивлен, что тот еще жив. Метла Рей покажется мне раем, если я предложу Мако отойти и поговорить.
Тут Минако услышала громкие голоса за спиной. Усаги притащила Мамору к ним и тут же вцепилась в Минако.
- Это правда, что он сам догадался?
- Сам, - кивнула Минако, чувствуя, что краснеет до корней волос. Еще слово – и Усаги все расскажет!
- Надо же! – Усаги не сводила с «Принца» восхищенных глаз. – Какой ты умный!
- Это не только ум, - произнес польщенный Мамору. – Это называется логика. Просто я сопоставил факты и пришел к определенным выводам.
Усаги уже тащила его к остальным, чтобы еще раз всем рассказать, какой Мамору замечательный во всех возможных отношениях.
Кун проводил парочку совершенно ошалевшим взглядом.
- О чем это они?
- Так, - Минако замялась. – Мы придумали определенную игру, а Мамору ее разгадал.
И тут «Минако» взвизгнула и бросилась на шею Мамору. Тот обнял ее и закружил, а потом поставил на пол и нежно приник к ее губам.
- Это еще что? – взревел Кун и, забыв выпустить руку «Усаги», проволок ее за собой через весь зал. Минако едва переставляла ноги.
- Мамору! Что здесь происходит?!
- А что? – не понял тот. – Мы…
- Вы! – Кун сделал еще шаг и со всего размаху врезал Мамору в подбородок так, что тот едва устоял на ногах.
- Кун! Ты в своем уме?!
- Мне казалось, ты любишь Усаги? Тогда какого черта ты целуешься с другой?
Минако зажала рот ладонью. Для Усаги решение проблемы было простым и логичным. Она ведь не знала, о чем говорил с Минако Кун. А для нее раскрытие тайны было настоящей трагедией.
- А я кто, по-твоему? – завопила она, нелогично оскорбившись на то, что ее не узнали. Минако в ужасе закрыла глаза.
Кун отшатнулся.
- Усаги?
- Нет, королева австрийская! – рявкнула та. – Минако, ну скажи ему.
В глазах Куна, когда он повернулся к Минако, полыхнула ничем не прикрытая ярость. Сейчас он был способен заморозить даже языки пламени в радиусе двух-трех километров. Дрожащими руками Минако распустила хвостики, позволяя им свободным плащом покрыть ее плечи.
- Ты думаешь, это было смешно? – прошипел Кун, схватив ее за плечи и начиная трясти, словно она была копилкой, в которой завалялась последняя монетка, которую он вознамерился заполучить во что бы то ни стало. И если вытряхнуть не получится, копилку всегда можно разбить. Судя по лицу Куна, именно так он и поступит.
- Нет, - прошептала Минако, чувствуя, как по щекам текут слезы. – Отпусти меня, мне больно.
- Мне тоже больно, - он брезгливо оттолкнул ее от себя. – Да лучше бы я к Рей обратился. Нет! Лучше бы эта дурацкая мысль вообще меня не посещала!
- Кун…
- Замолчи! Ради всего, что еще осталось для тебя свято – заткнись сейчас же! Мерзавка!
И тут Минако не выдержала.
- Я? Да как ты смеешь?! Если я тебе нравлюсь, то почему Мамору узнал Усаги, а ты меня – нет?! А?! может, это ты решил надо мной посмеяться? И как? Как я должна была реагировать, если услышала от тебя то, что хотела услышать почти год, а?! Не знаешь? А я знаю!
Она подскочила к совершенно сбитому с толку парню и залепила смачную оплеуху. Потом, не дожидаясь реакции, развернулась на каблуках и пулей вылетела из зала.
Но бежала она недолго. У самых ворот у нее отломился правый каблук, и девушка, прихрамывая, доковыляла до автобусной остановки за углом и присела на скамейку. Кажется, транспорт уже не ходит, ну да ничего. У нее еще осталась сумочка, а там – телефон и немножко денег. Если не хватит на такси, можно будет позвонить маме и попросить спуститься к подъезду и заплатить.
Да, так она и сделает. Тут она сможет спокойно подождать такси, ее никто не найдет.
Глупая, да кто будет тебя искать? Усаги?
Да, вот вызову такси и тут же выключу телефон. Не хочу сейчас ни с кем говорить.
Ей пообещали, что машина будет через десять минут. На улице похолодало. Если голые плечи еще согревал плащ из волос, но ноги сразу же замерзли. Сняв уцелевшую туфлю, Минако пристроила обе на лавочку рядом с собой и подобрала ноги, укрыв их подолом. Вид у нее не очень приличный, но до приезда машины осталось всего несколько минут. Да и пусто на улице.
Телефон мелко завибрировал. Черт, она выключила только звук, а надо было совсем вырубить.
- Да? – она до крови закусила губу, чтобы не разреветься. Завтра она придет в себя и сможет нормально реагировать на девочек. А если не встретит Сайто в течение недели, то совсем успокоиться. Наверное…
- Мина? Мина? – донесся до нее взволнованный голос Усаги. – Ты где? Мы тебя потеряли! У тебя все хорошо?
- Все в порядке, - Минако украдкой вытерла слезы, хотя Усаги не могла ее видеть. – Я уже уехала. Уезжаю. Я вызвала такси, оно сейчас приедет, - и, не дожидаясь ответа, быстро выключила телефон. Тот довольно пискнул и разрядился.
Фух! Так, успокойся, Мина! А то мама невесть что подумает. Ты же знаешь, какая она паникерша!
Ничего не помогало. Слезы, которые вроде бы угомонились, снова полились сплошным потоком. Она еще больше сгорбилась на лавочке и очнулась только тогда, когда кто-то совсем рядом спросил:
- Это вы вызывали такси, мисс?
- А? Что? Да, я.
- Я уже приехал. Куда вам? – пожилой таксист понимающе смотрел на заплаканную девушку. Ну, конечно же! Бросил парень, сломала каблук, вот и ревет. Эх, мне бы ваши годы!
- Да, извините, - Минако проворно завозилась, разыскивая сумочку.
- Не беспокойтесь, - вдруг проговорил кто-то над ее головой. – Мисс уже никуда не надо.
- Сайто! – побледнела Минако, перестав натягивать сломанную туфлю. – Ты что здесь забыл?
Таксист снова включил свою догадливость. А вот и причина такого потока слез. Ну что ж, видимо, побежал догонять красавицу…
- Вы едете?
- Да!
- Нет! Сколько? – выслушав ответ, Кун решительно вынул кошелек, отсчитал требуемую сумму, прибавил еще банкноту и протянул таксисту. – Я сам отвезу мисс. Вы можете ехать домой, к деткам.
Когда огни машины скрылись за поворотом, Минако опустила голову, подтянула колени и зарыдала. Она чувствовала себя совершенно разбитой, униженной, раздавленной. Да еще теперь она должна этому мерзкому типу деньги. И телефон разрядился, значит, она не сможет еще раз вызвать такси.
Кун взял в руки ее туфли и, задумчиво рассматривая их, присел рядом. Минако упорно не поднимала головы, не понимая, что же ей теперь делать?
- Минако…
Она упорно сопела, но не отвечала. Кун положил туфли на лавочку и потянулся к ней.
- Мина, прости меня…
- Какой же ты мерзавец, - сквозь всхлипы донеслось до него. – Я ведь ничего плохого не хотела, только помочь Усаги! А ты!..
- Знаю-знаю, - попытался пошутить Кун. – Я мерзавец, это мы уже выяснили.
Но Минако резко оттолкнула его и отшатнулась.
- Да как ты?! Как я могла в тебя влюбиться?..
Но тут он потянулся к ней и, не обращая внимания на протесты, усадил к себе на колени. Неожиданно для себя самой Минако свернулась калачиком и сама прижалась к парню.
- Прости меня, Минако. Я сам не знаю, как так получилось. Я почти год тенью ходил за тобой, а ты только ехидничала на мой счет. «Айсберг», - передразнил он ее. – Я даже в вашу школу специально попросился, чтобы быть к тебе поближе. Но на мне висла целая гирлянда твоих одноклассниц и только ты продолжала фыркать и обходить меня стороной. И вот сегодня я решил спросить у Усаги, что тебе нравиться, а попал на тебя.
- А я что? Должна была завопить на весь зал, кто я?
- Нет, конечно, - стушевался Кун. – Но я подумал, что дал тебе новый повод для насмешек, что ты теперь вообще меня близко к себе не подпустишь. Ну, и… вспылил. Ты мне всегда нравилась, а когда я увидел, что Мамору целуют тебя, то есть, не тебя, но я-то думал… В общем, я понял, что я ревную. Дико ревную. Оказывается, я люблю тебя. Минако? Мина, ты что, спишь?
Минако и в самом деле задремала, пригревшись на его коленях. Кун попытался разбудить девушку, но услышал в ответ лишь невнятное бормотание и сдался. Он поднял свое сокровище на руки и легко донес до машины. Там его уже поджидали Мамору и Усаги.
- Нашел?
- Как видишь, - шепотом ответил Кун, заглядывая в сонное лицо. Девушка причмокнула губами и что-то пролепетала.
- Ну, ты и нагородил, Кун, - фыркнул Мамору. – Натворил дел, и сам весь извелся, и Минако расстроил. И как тебя к девушкам подпускать?
- Можно подумать, у тебя все с самого начала гладко было, - все также шепотом огрызнулся Кун, протягивая ключи от машины. Мамору сел за руль, Усаги – рядом с ним, а Кун, так и не выпустив Минако из рук, пристроился на заднем сиденье.
- Минако надо отвезти домой, - сказала Усаги.
Кун кивнул.
- Домой. Ко мне.
- Ты что, обалдел?
- Я не успел перед ней толком извиниться, - мрачно произнес Кун. – И не собираюсь гадать, позволит она мне сделать это завтра или нет.
Усаги вздохнула и заявила, что позвонит маме Минако и предупредит, что та ночует у нее. Сайто непредусмотрительно пообещал Цукино торт, и та тут же затребовала два за то, что Минако «переночует» у нее всю неделю каникул.
Минако никак не могла понять, что ей снилось. Она старательно цеплялась за остатки сна, в котором кто-то очень знакомый и родной крепко держал ее на руках, тепло и щекотно дышал в затылок и что-то нежно шептал на ушко. Однако солнечный луч, заглянувший сквозь неплотно задернутые шторы, не знал таких тонкостей и довольно нахально светил девушке в лицо. Последний раз заворочавшись, Минако чихнула и проснулась.
   Сон никуда не делся. Вернее, никуда не делись сильные теплые руки, обнимавшие ее за талию, не пропал мягкий голос, нашептывающий ей что-то непонятное и бессвязное.
   Уже зная, кого увидит, Минако повернула голову. В ответ на это движение, Кун еще крепче прижал ее к себе и снова забормотал.
- Минако…
- Мама родная, - охнула девушка и быстро оглядела себя. Она по-прежнему была в платье, ее сумочка лежала на тумбочке у кровати, а Кун хоть и снял рубашку, штаны все же оставил. Не то чтобы приличия были соблюдены, но дышать сразу стало легче.
Она повернулась в объятиях Куна и заглянула ему в лицо. В этот самый момент он распахнул глаза и уставился на нее.
- Ты мне приснилась, - он первым нарушил молчание.
- В кошмаре?
- Кошмар? Да еще какой! Мне приснилось, что ты меня не простила.
- Вот как? – переспросила она, и оба замолчали.
Минако отвернулась и уставилась в потолок, соображая, как можно уйти с наименьшими потерями, и ахнула, когда он прижал ее к себе и поцеловал в висок.
- Мина! Ты простишь меня? – в его голосе звучала настоящая мука, и она поверила ему. Просто взяла и поверила. Черт побери, ну разве не может раз в жизни оказаться правдой то, чего хочется больше всего на свете?!
- Нет, - с самым серьезным видом заявила она и, глядя в его расстроенную физиономию, рассмеялась. – Я еще вчера тебе простила, глупый ты человек.
- Это я-то глупый? – взвился он, и тут до него дошел смысл ее слов. – Мина, родная моя!
  Он запустил пальцы в живое золото ее волос и разомлел, почувствовав, как она сделала то же самое. Как-то очень быстро ему стало неудобно в брюках, а еще его очень разозлило ее платье, в котором никак не находилась молния. Наконец он прижал к себе самую желанную девушку в мире и понял, что подсознательно именно к ней и стремился всю свою жизнь. Она робко провела ладонью по его животу, потом по спине, в ответ он тихо ахнул и понял, что совершенно теряет голову.
   А Минако никак не могла понять, как ей в голову пришло, что Кун похож на льдину. Сейчас она находилась в самом центре горячего костра, пламя которого не обжигало тело, но согревало душу.
- Господи, как мало человеку надо для счастья! – сонно зевая и устраиваясь в его объятиях, сказала Минако очень продолжительное время спустя.
- Ты про себя?
- Нет, про тебя. Мне для полного счастья надо многое – целый ты, а тебе – всего лишь я.
Кун рассмеялся.
- Знаешь, я, наверное, должен Усаги два торта. Какие она любит?
- Усаги? Усаги ест все, а за что ты ей должен? Кун? Кун? Кун Сайто, если ты немедленно не перестанешь смеяться и не скажешь, я на тебя обижусь! Вот, уже обиделась. Вот, сейчас встану и уйду… Кун? Что ты делаешь? Кун? Ой, ну ладно-ладно, не обиделась… Кун, щекотно… ну, и ладно, не очень то и хотелось вставать…
 

www.licenoks@yandex.ru

Фанфики по Sailormoon